Размышления о русском мире.

              Тема русского мира давно стала крайне актуальной для обсуждения, потому что, по мнению одних, он – источник справедливости и надежды на лучшую жизнь для всех остальных народов, а, по мнению других – нечто крайне одиозное и неадекватное, непрерывный источник агрессии и немотивированной жестокости..

               Чтобы разобраться в этом феномене, мне кажется уместно здесь обратить внимание на один уникальный феномен, который встречается только в русской культуре – это насилие над женщиной.

               Причем это явление характерно не только для нашего упадочного времени, оно описано как вполне обыденное в произведениях В.С. Пикуля, Сергеева-Ценского и множества других авторов. Оно присуще отнюдь не только для маргинальных слоев населения, но и для элиты. Например, судьба Ольги Палем намного более показательна и полезна для изучения юного читателя в школе, нежели амурные похождения Анны Каренины.

               Только в «русском мире» считается нормальным, когда мужчина, как правило крепко пьяный, начинает бить свою собственную жену на глазах детей, а потом еще иногда принимается и за «мужское воспитание» последних.

               Традиция трепетного и особенного отношения к женщине характерна практически для всех времен и народов. Многие авторы (например, Пикуль, а так же иностранные авторы-современники, описывающие быт Киевской Руси) отмечают, что на Украине, в отличие от Центральной России, не было принято быть своих жен, наоборот, усатые и чубатые здоровяки нередко очень даже слушались и обожали своих чернобровых женок. Чего стоит только гоголевский образ Солохи или задорный образ Явдохи из фильма «За двумя зайцами». («О я гляжу вам в доме уже и выпить не вольно»)

               Аналогичный решительный и властный образ характерен так же и для донского, как  и прочего казачества, всех более-менее вольных поселений русских окраин.

               Таково же отношение и к польским «пани», как и вообще рыцарская традиция западной Европы. Которая, разумеется, вовсе не означала полного раболепия мужчин перед женским полом, как и не исключала различных проявлений мужской жестокости, эгоизма и абьюза. Но бить женщин, причем даже простонародных, считалось дурным тоном.

              Причем эта традиция достаточно галантного отношения к женщинам идет от глубокой древности, от амазонок и патрицианок Рима. Даже древние Афины не особо выбиваются из общего правила. Пусть отношение просвещенных афинян к своим малограмотным женам было достаточно высокомерным, но они их как минимум не били.

             О чем свидетельствует тот же Сократ, жалующийся на свою Ксантиппу, но так ни разу и не набивший ей морду, как наверняка сделал бы любой русский мужик на его месте. Да ещё при этом получил бы общественное одобрение.

             Аналогичные традиции существуют и на Востоке. В той же Японии, например, невестка действительно была самым бесправным и унижаемым лицом в семье. Но по мере того, как вырастали её дети, поднимался и её статус. А вскоре уже именно она становилась главным Берией в семье и серым кардиналом, уже она диктовала свою волю всем остальным членам семьи.

                 Что касается арабов и мусульманского востока, то традиция воровства или выкупа жен, конечно, были весьма далеки от романтических традиций европейских трубадуров. Но зато, как минимум, любой азиат рассматривал свою жену как сверхдорогую вещь, предмет роскоши или как племенной скот.  Может он и не посвящал ей стихи, не имел романтических бесед под луной, но как минимум заботился и украшал её, как статусного породистого арабского коня.

                Я уж не говорю о философах и мудрецах востока, которые говорили, что «скинь чадру с любой женщины, и ты увидишь матерь своей матери».  

                Даже султаны и прочие богачи, у которых был целый гарем, не особо знамениты тем, что находили удовольствие в истязании своих жен. Разумеется, в порядке вещей было убить свою вздорную или неверную жену, но немотивированное насилие над женщинами и для них было совершенно нехарактерно. А вот любовь и всяческое балование жен – как правило.

                Разумеется, сказанное не касается жен неверных, гяуров. Но мы тут обсуждаем именно домашнее насилие, а не обращение с пленными и рабами. И оно достаточно редкое явление в традиции практических любых, самых диких и жестоких народов. Даже цыгане, и те, хотя и могут выставить в любой момент свою жену на улицу, но даже они не покушаются на те украшения, которые на ней одеты. А тем более на её самооценку. 

               То есть подобное домашнее насилие является совершенно уникальным и нетипичным явлением в человеческой культуре и присуще именно русскому миру. Причем удивительны современные нам призывы блогеров к борьбе с «баборабством» и к полной легимитизации мужского доминирования со всеми его вопиющими издержками. 

               Здесь также уместно отметить, что жестокое отношение к самкам еще более невозможно в животном мире. Насколько самцы бывают жестоки и нетерпимы друг к другу, настолько они заботливы и жертвенны в отношении  своих подруг. Насколько петух бывает задирист и опасен для других петухов, настолько же он жертвенен в отношении куриц. Современному городскому человеку стоит рассказать, что петух никогда не спешит первым нажраться возле кормушки, а наоборот, следит, чтобы все курицы спокойно ели. И когда он разгребает землю в поисках червяков и букашек, он клюет самым последним. И героически вступает в бой с самым грозным и превосходящим его по размерам соперником.   

             То есть в животном мире самцы обижают самок только в самых исключительных случаях, например, при заболевании бешенством. Обратные случаи бывают, когда самки поедают своих ухажеров. Но никак не наоборот.

            Из этого следует, что традиции мужского насилия вовсе не означают возврата к реалиям животного мира, это деградация на ещё более низкий уровень развития.

             Что же это за явление такое? Почему оно стало нам так привычно, что есть даже поговорка есть: «бьет, значит любит»?

             Для любого другого человека, представителя более адекватного и здорового социума бьет, значит, не уважает и пренебрегает. А следовательно и не любит. Это несовместимые вещи, как сегодня принято говорить, когнитивный диссонанс.

             Но привычка русских женщин к домашнему насилию требует найти более-менее приемлемое рациональное и утешительное оправдание своему унизительному положению. Они неспособны стать Ольгами Палем, им ближе сопли Анны Карениной.

            Отсюда же следует феномен всяких Кузякиных, Новосельцевых и Лукашиных, бесхребетных и слюнявых героев позднего советского кино. Потому что, как главный герой «Любовь и голуби», они имеют архиважное достоинство: они не пьют. А следовательно и не дерутся, не избивают свою половинку до полусмерти при каждом запое.

            Согласитесь, такому замечательному человеку можно простить все: и подлость, и малодушие, и неверность, и рукожопость…

            Как же мы дошли до жизни такой?

            Как говорили в царское время гнилые интеллигенты: «преступность в России – это нормальная реакция нормальных людей на ненормальные условия жизни».

             Именно крепостной, почти тюремный, арестантский образ жизни человека Центральной России привел к жизни этот феномен. Когда мальчик с детства видит насилие и унижение, когда его шпыняют все и вся, начальство, богачи, попы и просто все, кто сильнее, даже собственный отец или брат, когда сдачи дать физически невозможно, человек ломается, как на зоне.

             И уже видит единственный смысл жизни самому стать подобным, сильным, способным доминировать и помыкать. А так как подавляющему большинству помыкать и доминировать просто не над кем, вот они и самоутверждаются над собственной женой и детьми. В пьяном виде, когда застарелые комплексы особо вопиют о возмездии.

            Наш русский народ давным-давно не освободитель и не творец прекрасного будущего и свободы. Он как старый, измученный цепной пес, которого давно не интересуют игры и веселые забавы молодых щенков, он привык, что если его зовут, то только чтобы ударить. И оттого кусает всех, кого считает слабее.

            По этому поводу я не разделяю идеи Дмитрия Львовича Быкова, что важно запретить в России тюрьмы, что это именно из пеницитарной системы,  как из собачьей будки,  идет вся эта затхлая, тюремная философия жизни. Это может и неплохо, но это точно полумера.

             Я думаю главное усилие нужно делать в детском воспитании. Стариков поздно перевоспитывать, и лучшие воспитатели для пожилых – это их собственные внуки.

             А вот дать детям большой выбор возможностей, разбудить в них творческую жилку, тягу к знаниям, чувство прекрасного – вот лучший залог выхода страны из путинского мракобесия.

              Многие превозносят достоинства советской школы. И возможно заслуженно, но это уместно только для молодой советской власти.

               В мое время школа пусть и давала необходимый объем знаний (который, кстати, так особо нигде и не пригодился), но убила всякое желание учиться. Наверное, это тоже будет интересно и полезно.

               На трудах нам дали железную болванку и напильник, и отметили сантиметр, который этим напильником нужно было сточить. Кто сточил, тот получил «пять». При этом уже тогда мы понимали, что отрезать этот кусок ножовкой заняло бы пять минут, а не два урока. А сегодня та же операция делается болгаркой за пару секунд.

            То есть нас приучили к тупому послушанию и физическому труду. И напрочь воспитали к нему отвращение, как и неумение находить реальные и эффективные методы решения разных бытовых задач. После многих лет занятий мы так и не могли не отремонтировать бачок унитаза, ни починить выпадающую розетку…

            Ни пользы, ни смысла и одни негативные эмоции.

            На уроке пения мы пели идиотские песни и чем-то занимались, так и ничему не научились. И это при том, что чуть позже мы все массово стали меломанами, орали песни «Арии» и Виктора Цоя, многие подбирали аккорды на гитаре. Но урок пения любили лишь за то, что там можно было валять дурака, потому что это не математика и не письмо.

            Что касается точных наук, то и там нужно было тщательно зубрить определения и решать примеры. При этом малейшее отклонение от программы пресекалось, а вопросы только раздражали учителей. Они нам буквально повторяли то, что было написано в учебнике, и злились, что мы тупые. Заподозрить, что это как раз в учебнике написано плохо, раз непонятно, что нужно изложить тему как-то по-другому, это было выше учительского понимания.

            При этом должен отметить, моих учителей учили иначе, у них о школе воспоминания самые позитивные.

             И, наконец, история. Казалось, это будет мой самый любимый предмет. Я даже авансом, как художественную литературу, прочитал практически все учебники истории за 10 классов. Но когда начались занятия, меня ждало самое горькое разочарование. Вместо увлекательной истории борьбы человеческих самолюбий, благородных порывов героев, посвятивших жизнь служению человечеству, патриотов, положивших жизнь за свободу Отчизны, злобных и эгоистичных мерзавцев, вместо изучения важных социологических и политологических закономерностей, логики событий и борьбы, мы учили наизусть банальные и скучные факты и даты, даты, даты…

             Стоит ли судить тех, кто получив такое образование и стойкое отвращение к науке, все-таки решился и дальше пробивать себе место под солнцем в этих дебрях околознания? Или тех, кто, плюнув на эту борьбу пауков в банке, пошел на завод,  и, разумеется, спился?

              Чтобы Россию ждало реальное будущее, нужно чтобы из её школ и ВУЗов выходили люди горящие, пламенные, вдохновленные. Пусть даже и в ущерб специализации, объему знаний или лояльности режиму. И чтобы они не утекали за границу, обеспечить высокий платежеспособный спрос на рабочую силу в России. А не рассказывать нам байки о полезности мигрантов.

             Когда у людей есть интересное и важное дело, им не до пьянства и не до порнографии. И им есть что оставить детям.

 

План Дуэ для Путина.

              Вначале нужно кратко рассказать о том, что такое план или доктрина Дуэ. Подробности рекомендую загуглить в интернете, есть замечательный ролик на эту тему.

              Вкратце же история такова. Во времена Первой мировой войны развитие военной мысли привело к тому, что для того чтобы победить в войне необходимо было все мужское население страны поставить под ружье и отправить на фронт. Тогда всем стало очевидно, что должны существовать и более интеллектуальные и адекватные способы ведения войны.

              Например, развитие военной техники. Тогда Дуэ и предложил свою элегантную и заманчивую идею, что для победы над противником вовсе не обязательно сражаться с ним на поле боя. А достаточно уничтожить его промышленный потенциал и тем самым лишить его оружия, самой возможности сопротивления, выбить меч  из рук.

             Для этого Дуэ предложил создать стратегическую авиацию, летающую на сверхвысоких высотах и поднимающую огромные бомбы, так называемые летающие крепости. План был одобрен, и американское правительство выделило на него огромные средства.

              Сразу скажу, что план Дуэ полностью провалился в Европе. Несмотря на масштабные бомбардировки американскими летающими крепостями и британскими бомбардировщиками, немецкая промышленность не только не была уничтожена, но и постоянно наращивала производство. От варварских бомбардировок страдало только мирное население.

          Объясняется это тем, что немцы ожидали подобного сценария, и поэтому все более-менее важные объекты были хорошо законспирированы и спрятаны под землей.

          Зато доктрина Дуэ обеспечила победу США над Японией.

          Здесь уместно отметить, что этот успех сложился из совпадения целого ряда факторов. Во-первых, японцы совершенно не ожидали, что их сможет бомбить авиация, так как по тем временам это было на грани современных технических возможностей. И поэтому не имели ни  надлежащей ПВО, ни достаточного количества истребителей. Причем истребители не могли подниматься на необходимую для поражения врага высоту. Они взмывали туда только на самое короткое время, чтобы произвести не более одной атаки. То есть Япония была беззащитна перед массовыми бомбардировками.

           Вторым уникальным фактом является отсутствие в самой Японии абсолютно всех  полезных ископаемых, прежде всего нефти, угля и железа, поэтому экономическая блокада сама по себе  автоматически обеспечивала бы реализацию плана Дуэ. При этом географическое положение Японии таково, что эта блокада может быть легко осуществлена. С востока пустынный Тихий океан, через который просто нереально наладить коммуникации. С запада – недружественные Россия и Китай. Торговля же с Индонезией или Вьетнамом вряд ли способны удовлетворить потребности ВПК Японии.

           Поэтому экономическая блокада Японии по определению намного более эффективна аналогичной блокады Англии, предпринятой  Гитлером или Бонапартом в свои времена. Англия имела возможности торговли с Америкой, но главное с Россией, которая фактически и была спасительницей англичан во время наполеоновских войн.

         Как это ни глупо было с её стороны. Как и стоит здесь сказать, что Япония смогла остановить русскую экспансию на Дальнем Востоке только благодаря катастрофической тупости русских царей, которые лезли в совершенно нелепые и бесполезные войны в Европе, вместо того, чтобы укреплять свои позиции на Дальнем Востоке с помощью того или иного аналога плана Дуэ.

          При отсутствии нефти, угля и стали Япония была вообще несерьезным противником для России. При наличии же хорошо укрепленной военной базы в Порт-Артуре и мощного Тихоокеанского флота, Россия легко бы доминировала во всем тихоокеанском регионе, от Калифорнии и до Индонезии. Просто по той причине, что Россия там присутствует физически, а для любых европейских держав (или США) этот регион отдален колоссальными, даже по сегодняшним меркам, расстояниями.

         То есть Япония – это просто идеальное место для применения плана Дуэ.  

          Здесь нужно сказать пару слов также о важном белом пятне, созданном советскими военными историками. Видимо просто потому, чтобы прикрыть историческую глупость и архаичность русской военной тактики, которая продолжает идею, что «пуля дура, а штык молодец», и что пули лучше экономить, а вот человеческие жизни не обязательно. 

          Здесь борются два мифа. Один, что разгром Японии обеспечен разгромом Квантунской армии, другой, что он является следствием ядерных бомбардировок.  И то и другое неверно.

           Полное доминирование на континенте Гитлера (или Наполеона) так и не позволило ему решиться на десант в Великобритании. Аналогично и СССР, без большого количества десантных кораблей, без стратегической авиации вряд ли мог рассчитывать на реальный успех высадки в Японии. Не только удаленной от СССР гораздо больше, чем крошечным Ла-Маншем, но и гораздо более густозаселенной и привыкшей к современным наземным военным действиям.

            Что касается Хиросимы и Нагасаки, то они были разбомблены уже после фактического окончания работы плана Дуэ, когда вся промышленность Японии уже лежала в развалинах после ударов самыми обычными конвенциональными бомбами.

             Забавно, что Россия пыталась использовать план Дуэ против Украины. И, казалось бы, это можно сделать вполне эффективно. Несмотря на то, что Украина находится в центре Европы, благодаря Приднестровью, Карпатам и Черному морю, её положение довольно уязвимо. Протяженность границ, через которые могут осуществляться поставки боеприпасов и топлива, достаточно невелика, а количество таких трансграничных железных и автомобильных дорог вообще крайне мало.

             То есть Россия теоретически могла бы обеспечить полную блокаду Украины и реализовать нечто подобное плану Дуэ. Причем сломить Украину бескровно и максимально безболезненно как для себя, так и для украинцев.

             Вместо этого была выбрана стратегия устроить на Украине блэк-аут, отключить в ней электроэнергию. Стратегия откровенно нелепая, потому что даже школьник знает, что в Украине большинство мощностей генерируется атомной или гидроэнергетикой. И если не бить по АЭС и ГЭС, то отключить Украину от электроэнергии никак не получится.

             А если бить, то это мало отличается от прямого применения ядерного оружия.

             Но самое поразительное, это то, что даже в случае гипотетического успеха полного блэк-аута в Украине, это ровно никак не привело бы к потере боеспособности ВСУ или перебоев в снабжении всем необходимым. Большие проблемы будут только у мирного населения.

            Вишенкой на торте в этой статье является то, что вопреки всей логике именно Украине удалось реализовать план Дуэ для России.

            Несмотря на все её природные богатства, огромные территории, теоретические возможности конспирации и надежного укрытия важных военных объектов, несмотря на колоссальные границы, позволяющие торговать чуть ли не со всеми странами мира. В  России наблюдается такой жесткий дефицит бензина и дизтоплива, что при сохранении текущих тенденций будет разрушена не только военная, но и вся  гражданская логистика. И есть прямой риск наступления голода и техногенных катастроф в крупных городах.

           То есть пока кремлевские пропагандисты и политики бредили о «ядерной триаде России», против неё коварно и нагло применили унизительный план Дуэ, который вообще-то работает только против карликовых и далеко отсталых в техническом отношении стран.

           Отмечу, план Дуэ прекрасно работает для экономического и политического подчинения страны, хотя физическая зачистка территории при этом никак не достигается, как показал опыт Ирака или Афганистана, да и той же Японии в прошлой мировой войне.

            Но для смены режима и для полной нейтрализации его экспансивных и гегемонистских планов план Дуэ – самое оно.

           Так и в России. Никакому дураку на западе не вздумается зачищать её гигантские территории.

            Но Путину неизбежно придется в самое ближайшее время повторить судьбу императора Японии, который в 1947 году потерял свою политическую власть и стал чисто церемониальной фигурой. И это самый благоприятный для него цивилизованный вариант, совершенно немыслимый в России и Европе.

           У нас гораздо более распространены варианты Кромвеля, Людовика 16 или Николая 2. Или даже Горбачева, ведь Путин уже скоро будет больше популярен на западе, чем в своей собственной стране.

О белых варварах.

              Статью хочу начать с зарисовки, предложенной Валентином Пикулем в романе «Баязет». Там за шумной ссорой двух русских офицеров наблюдает местный турок и недоумевает по поводу глупости гяуров. Любой правоверный, наоборот, с вежливостью выслушал бы своего обидчика, поблагодарил его за высказанную мудрость, а потом ночью тщательно наточил свою саблю…

             При этом эти русские офицеры на следующий же день помирились и снова стали приятелями.

             Из этого обычно делается вроде бы логичный вывод, что азиаты – это люди дикие, грубые, а вот русские проявляют таким образом свою цивилизованность.

            На деле же уместен строго противоположный вывод. Именно реальная угроза смерти за некорректно сказанное слово приводит к тому, что в южных народах, с гораздо более горячей кровью и экспансивностью, чем у северных бледнолицых, приводит к пресловутой восточной дипломатии. Когда люди даже избыточно, приторно-елейно вежливы и предупредительны. Вместо типичной русской несдержанности и готовности по любому поводу бить по морде.

            Но еще большим маркером плохой или успешной социализации являются семейные и половые взаимоотношения. Именно в обществах с древней культурой они максимально регламентированы и табуированы. И только в культуре европейских варваров, начиная от древнегреческих оргий и амазонок, и кончая фаворитизмом средних веков, фактически доминирует самый настоящий первобытный промискуитет и полигамия.

           Здесь можно вспомнить Гаргантюа и  Уленшпигеля, рыцарские и королевские похождения евроэлиты от Владимира Великого Красное Солнышко до Петра I и Александра I, от Людовиков до Наполеона.

            В те бесхитростные времена считалось, что любить свою жену или супруга  - это дурной тон, для чувств и романтики существуют любовницы и любовники. При  этом нередко и в России, и во Франции муж продвигал в карьере молодого фаворита своей жены, чтобы им обоим сделать приятное… (См, например, «Каждому свое», В.Пикуль)

           При этом тогда никто и не помышлял об «аленизме» и «куколдизме», просто люди любили радости жизни и понимали толк в удовольствиях и не изводили себя ханжескими ограничениями. Несмотря на наличие воинствующей инквизиции и строгих целомудренных заповедей христианства.

           Лучше всего уровень сексуальной раскрепощенности в Европе отразила эпидемия сифилиса, завезенного Колумбом после открытия им Америки. Тогда немедленно прекратились все войны, и чуть ли не целые города стали на грань уничтожения благодаря тотальному венерическому бедствию. После чего началась викторианская эпоха, отличающаяся показной целомудренностью и воздержанием.

           Все эти европейские бедствия особо не затронули Азию просто потому, что там семейные отношения издавна подлежали жесткой социализации и табу. Да, можно было украсть себе жену, но это всегда сопровождалась колоссальным риском для жизни такого кандидата в женихи. Хотя и давало ему шанс вытянуть счастливый билет семейной жизни, несмотря на свою бедность и низкое происхождение.

            При этом осквернение чужой жены или дочери было смертельным оскорблением, за которое мстили все ближайшие родственники.

            В этих условиях даже богатый и высокопоставленный чиновник не смел наносить оскорбление женам и дочерям простых людей. В отличие от России и Европы, где, например дедушка Пушкина Ганнибал возил за собой полноценный гарем из насильственно отобранных от мужей жен и у отцов дочерей. Причем эти рогоносные мужья или опозоренные отцы не могли придумать ничего лучшего, чем сойти с ума от горя или уйти в запой.

            Наточить саблю, как сделал бы любой турок, чеченец или грузин, им в голову не приходило. Хотя именно отсутствие такой немедленной мести за поруганную честь и приводило к процветанию разврата, особенно среди правящей элиты.

           Причем содержать гарем по восточной традиции в Европе было бессмысленно, гораздо проще и увлекательнее было просто менять фавориток, что очередной раз подтверждает тезис вопиющего первобытного промискуитета в Европе, несмотря на весь налет цивилизации и христианского благочестия.

           В одной из книг Игнатий Брянчанинов, известный русский святоотеческий автор, в начале XIX века писал, что вот в нынешние времена нравственность совсем не та. Еще живы старцы-священники, которые за всю жизнь фиксировали 1-2 развода, а их отцы вообще не слыхивали что это такое. А вот в наше время уже почти каждый год приходится кого-нибудь да разводить.

           (Напомню, церковного таинства развода не существует, но так как церковники в те времена осуществляли все функции ЗАГСа и паспортного стола, то им приходилось заниматься в том числе и этим.)

           Исходя из этого, читатель наверняка спросит: «так это ж все свидетельствует о том, что в обществе увеличивается разврат, народ оскотинивается, общество разлагается, наступают последние времена и апокалипсис, SOS!»

            Ничего подобного. Наоборот,  в древние времена на женщину смотрели как на домашнее животное, полезное в хозяйстве. Её красота и нежность ценилось гораздо меньше умения доить корову или работать граблями. Для этого и заводили семью, а вовсе не из романтических соображений, актуальных в наше сытое и ленивое время. Тогда женой не любовались, на ней пахали…  

           Невозможно ревновать к соседу домашнюю скотину, так же относились и к женщинам и супружеской верности. Потому и разводов не было.

           И только когда люди начали относиться к женщине более возвышенно, когда супружеская верность и романтика стали более-менее проникать в массы, когда семья перестала рассматриваться как банальное совместное предприятие и способ выживания, а стала приобретать образ святости и стала залогом личного счастья, тогда неизбежно появились разводы.

             Просто потому, что люди реально стали пытаться хранить верность и хранить любовь в браке, а это сложно и не всегда взаимно. Оттого так много разводов и сегодня, когда значительно выросли требования людей друг к другу, их уже больше не устраивает, как раньше: «лишь бы не пил» или «лишь бы готовить умела».

           Всем сказанным я веду к тому, что представление о развращении и разложении современной европейской цивилизации не совсем уместно. Это скорее закономерные этапы по социализации белых северных варваров, которые таким способом пытаются перейти от первобытной полигамии к более-менее адекватной социализации и умению проживать в постоянном взаимодействии с другими людьми.

            Кстати, американская традиция пригородов и полный провал высотного жилищного строительства, по аналогу «брежневок» и «хрущевок», диагностирует ту же самую проблему низкой культурной социализации белого человека, желании его абсолютно доминировать пусть на самой маленькой, но собственной территории.

            Другой пример хочу привести из России. На шоу «Уральских пельменей» есть номер, когда муж сражается с розеткой, потом просит своих многочисленных друзей помочь ему, но все-таки это ему не удается, а розетку благополучно вставляет обратно его жена.

            В этом номере примечательная болевая стойка, в которую становится муж, как и его товарищи, когда их бьет током. Им больно и страшно, но они хорохорятся и ни за что не подают вид, что готовы отступить и струсили.

            Это очень тонкий феномен нашей белой варварской цивилизации, но особенно русской. Когда храбрость человек проявляет не потому, что он храбр или сознателен, но только потому, что он до смерти боится чего-то большего. И это большее  - «а что скажут люди?».  

              В общем, это самый базовый, первый и примитивный шаг в социализации белого варвара. Может он скоро поднимется и на вторую ступеньку и научится не делать другим того, что неприятно самому? Остается только мечтать уже о том, когда белый человек откроет для себя все прекрасные стороны тесной и глубокой социализации, возможности учиться, познавать новое, учить и воспитывать детей, творить самому и удивляться творениям искусства или красоте произведений мастеров литературы, музыки и т.д.…

             Для этого ему нужно преодолеть как минимум увлечение драками, водкой и промискуитетом. Элементарные детские болезни.

           

P.S. Пара слов о политике. Сегодня очевидно, что Путин пытается разыграть свою последнюю карту в Белоруссии, чтобы хоть немного вернуть к себе симпатии избирателей. И согласен с Александром Демченко, наиболее реалистичный для него путь –  это смещение Лукашенко, тем более что для этого все готово. И антипатии белорусов к Лукашенко, и российские войска на территории Белоруссии, и международный пофигизм, если такое произойдет.

Как минимум, это немного продлит его агонию.

 

Насчет исключительности России.

              Исходя из гипотезы, изложенной в предыдущей статье, предлагаю порассуждать об исключительности России. О её уникальном менталитете и основообразующей роли в новейшей истории.

               По этому поводу существует немалое количество популярных воззрений. Наиболее типичным и системным из них является представление о русском народе, как избранном народе-богоносце, третьем Риме, наследнике Византийской цивилизации и боговдохновенном продолжателе дела, которое некогда похерили древние иудеи, распяв Христа, а потом утратили древние греки и латиняне, одни впавшие в ересь, а другие выродившись.

              И только русская православная церковь, будто бы,  остается главным оплотом истинной веры на земле и светочем всего мира. Отчего весь остальной мир просто не может мечтать ни о какой лучшей судьбе, чем склониться под скипетр русского монарха.

             Другая, менее целостная и убедительная, но тоже достаточно распространенная парадигма говорит о природном менталитете русского народа, его благородстве, тяге к справедливости и коллективизме, патриотизме и высокой культурной миссии, которую он несет загнивающему и развращенному западу, равно как и недоразвитому и слегка ущербному востоку и югу.

             Объединяет все это единое мессианское представление,  в рамках которого временные бытовые трудности и лишения, а так же личная ущербность и бытовая несостоятельность, а иногда и прямая асоциальность русского человека ничто. Наоборот, они свидетельствуют о его высшем предназначении, недоступном и непонятном для других народов.   

             Противоположное мнение настолько же презрительно и уничижительно, насколько было комплиментарно первое. Оно говорит, что русский менталитет – это менталитет рабов и холопов, шариковых и смердяковых, неблагодарных и неверных своему хозяину, постоянно обворовывающих и оскорбляющих его. Что православная вера – это не более чем схизматическая ересь, более основанная на самоистязании и подобном извращенном самоутверждении, нежели на реальном делании социально полезных и богоугодных дел, проповеди правды и милосердия.

           Целый букет асоциальных качеств: лень, вороватость, агрессивность и нежелание учиться и развиваться, но при этом высокие амбиции властвовать и распоряжаться, трусость и угодливость, которые перерастают в показное и наигранное раболепие, примитивная детская (скажете мужицкая?) хитрость нашкодившего ребенка, все это позволяет делать вывод о унтерменше, о изначальной порочности и социальной никчемности русского народа.

           Причем эти полярные крайности изначально присущи всем русским людям. Например, все народы мира любят выпить и пьют понемногу. Только русский человек пьет обязательно до глубокого опьянения, нередко уходит в запой, но если не пьет, то тогда вообще ни капли спиртного. Либо все, либо ничего.

           Аналогичная ситуация с верой. Если верить, то обязательно со всеми ограничениями и героическими процедурами, вроде купания в проруби в звенящий мороз. Причем иногда кажется что подобное купание, а так же куличи, яйца и масленица являются самой сутью народной веры.

          Но если грешить, то уж грешить по полной. Разумное воздержание дико русскому человеку, он не способен остановится ни в добром, ни в злом, никакого чувства меры и гармонии. В отличие от тех же японцев, у которых гармония с окружающим миром является основой национального мировоззрения.

           Все вышесказанное является с одной стороны правдой, но с другой стороны оно не является присущим исключительно русскому народу, а является общим законом развития человечества, социологической закономерностью. Через которую прошли в свое время все народы на пути от варварства к цивилизации.

           Как древние иудеи, которые тоже сначала жили каждый сам по себе (как во времена Авраама и Иакова). Затем было время судей, когда появились первые начатки народоуправления. Затем иудеи мечтали о царе, и он появился у них, возникла мощная иудейская империя, о которой они до сих пор ностальгируют. Затем начались дрязги и братоубийственные войны внутри вполне благополучной и богатой империи, и она сначала распалась, а потом была завоевана более успешными и сильными народами.

           В этом отношении уместно вспомнить теорию пассионарности Гумилева. Но он, давая описание процессам, так и не назвал коренную причину пассионарности одних народов и вырождения и вымирания у других.

           На мой взгляд, этот фактор  - это плотность населения, которая последовательно изменяет менталитет народа от дикого завоевателя и варвара до людей, привыкших жить в большом скоплении и научившихся решать все вопросы переговорами, а не силою, научившихся учитывать не только свои хотелки, но и желания других людей.

            Именно это развитие социального поведении и отличает зрелые и древние цивилизации от народов новых, которые только выходят из варварства.

            Потому таковы и все европейцы, оттого они настолько агрессивны и стремятся править миром, хотя совершенно к тому не приспособлены и стоят еще на  весьма низком уровне культурного развития. И наиболее отставшими в этом отношении являются русские, просто потому что у них до сих пор предельно низкая плотность населения, которая не позволяет изжить атавизмы варварства и дикости.

            Достаточно почитать комментарии на любом русском форуме, чтобы поразиться тому, насколько просто предлагают решать любую насущную проблему типичные русские люди. Прежде всего, это насилие. Дать по морде, показать кузькину мать, Шурик, это не наш метод…

           Причем начиная от самых маленьких детей, до взрослых, от тюрьмы до церкви, везде преобладающим и исходным мотивом в общении людей является физическое насилие или его  угроза.

            Если же насилие не прокатывает, более умные русские люди предлагают взятку, покупку чей-то лояльности и приверженности. Вплоть до собственных детей, услуги и любовь которых банально покупают.

           Если же все это отвергается, русский человек просто плачет от своего бессилия и уходит  в депрессию, как правило, в запой.

            Очевидно, все это просто банальное следствие скудного опыта социального развития, элементарное отсутствие переговорных навыков и привычки решать вопросы нормальными переговорами, да и просто не раздражать других нелепыми попытками своего самоутверждения и доминирования.

           В древнем обществе все конфликты решались обычно одинаково: более слабая сторона отправлялась осваивать новые земли. При этом она часто выгоняла или умерщвляла аборигенов, которые там жили. Более сильная оставалась на месте и получала все.

           Именно таковы социальные истоки европейской экспансии, того же «огораживания». Такова и природа русского феномена, когда ничтожная по количеству населения культура смогла взять под контроль гигантские пространства.

           Но основной причиной этого были вовсе не природная тяга русских к путешествиям и новым знаниям, а просто нечеловеческие условия жизни в центральной России. Причем речь, разумеется, идет не о природе. И полное неумение решать конфликты без смертоубийства и насилия.

           Разница между русскими и англосаксами заключается только в том, что последние действовали в условиях гораздо большей плотности населения и имели дело с более древними и развитыми культурами.

           Русские же до сих пор не могут достичь такой плотности населения, которая бы вывела их из варварства.

           Первый жирок в этом отношении начал завязываться во времена Гоголя, когда он создал образ своего Акакия Акакиевича и многих других подобных никчемных персонажей. Аналогичный феномен наблюдался и в позднем советском кино, где очень популярен был образ Новосельцевых, слабовольных и бабозависимых персонажей, после которых началось общее обсуждение темы деградации советских и русских мужчин.

           На самом деле это закономерное последствие социального развития общества, когда гордые, жестокие  и взбалмошные варвары превращаются в Акакиев. Именно такие Акакии не смогли отстоять Рим при нашествии варваров, именно благодаря таким Акакиям Константинополь стал Стамбулом.    

          Среди западной литературы я не знаю персонажей, подобных Акакию или Новосельцеву. Возможно, просто потому, что я её недостаточно знаю. Но на излете могущества испанской империи появился Дон Кихот, это точно предок Акакия и признак упадка испанской цивилизации.  

           Более того. Сказанное вполне распространяется и на американскую цивилизацию, которая тоже уже прошла зенит своего величия и идет по закономерному пути всех империй, созданными бравыми варварами. Образы Байдена, Камэлы Харис, Клинтонов, Бушей и Трампа во многом перекликаются с образом Акакия или Дон Кихота.

          Неизбежный их конец – это распад и поглощение другими народами.

          Но есть и другой сценарий?

           Разумеется, есть, и он формируется как раз на наших глазах. В отличие от бравых, агрессивных, но очень недолговечных варварских цивилизаций Европы  древние цивилизации Китая, Индии и Ближнего Востока поглотили в себя не одну орду диких завоевателей, как степей Монголии, так и лесов Европы.  

          И при этом не только не исчезли, но и полностью ассимилировали своих завоевателей.

          Похоже, подобный итог ждет и еврейско-американских банкиров, как и российских гопников. При этом именно на Юго-Востоке Азии, при условии, если они смогут продолжить сохранять или даже увеличивать плотность населения, возможно, окажется способен родиться новый общественный уклад, при котором не будет ни первобытного насилия, ни частного капитала. Которые уместны и эффективны только в условиях низкой плотности населения и редкости ресурсов, прежде всего человеческих (но уже, разумеется, уже далеких от первобытных).

           Иначе противоречия неизбежно приведут к деструктивным последствиям и реставрации низкой, варварской плотности населения. И даже не либерально-буржуазных, а феодально-крепостнических отношений.

О базисе.

              Критикуя базовые положения марксизма некорректно не предлагать альтернативную теорию, которая бы исключала ошибки критикуемой.

              Речь идет о базисе, об уровне развития производительных сил, которые будто бы определяют и производственные отношения, и, соответственно, политическую систему..

              Критики этой концепции в мире предостаточно, поэтому уместно лишь указать на то, что социалистическая революция победила отнюдь не в высокоразвитых государствах Европы, а наоборот, именно наименее экономически развитые страны тяготели в 20 веке к социалистической модели. Ну и так же, что реальная экономика во все времена была многоукладной, даже в СССР, поэтому приписывать ей в целом черты наиболее преобладающего в ней сегмента методологически некорректно.

            Даже в СССР можно при желании увидеть и элементы рынка, и крепостничества и даже рабства, если так интерпретировать труд осужденных. Поэтому здесь можно сколько угодно играться терминами и понятиями, достаточно же сказать, что марксистская модель описывает реальную жизнь неоправданно схематично.

            Поэтому предлагаю в качестве базиса, определяющую производственные отношения и политическую надстройку, рассматривать плотность населения. Мне кажется, эта гипотеза гораздо лучше соответствует ходу человеческой истории от самых древних времен.

            При крайне низкой плотности населения преобладает первобытный коммунизм. Благ природы предостаточно, поэтому человеческий труд еще не создает буржуазной стоимости. Поселения редки, свободного места более чем предостаточно, поэтому войны бессмысленны. Любые конфликты решаются тем, что более слабый просто переходит на новое место. Накопления невозможны, потому что все продукты скоропортящиеся, а накопление овеществленного богатства ещё не изобретено.

             В этих условиях естественна первобытная демократия, как в полисах Древней Греции. Которая, согласно моей гипотезе, является относительно молодой цивилизацией, возникшей после ледникового периода в заново заселяемой Европе. Уверен, что подобные стадии проходили и народы Индии, Китая и Японии в древнейшие времена, хотя об этом не сохранилось никаких достоверных сведений.  

           При этом именно количество населения и является самым надежным свидетельством древности той или иной культуры, относительно малонаселенная и избыточно пассионарная Европа как раз потому и такая, что она самая молодая культура на земле, она моложе даже культуры американских аборигенов. Но к этому вернемся.  

           Кроме греческих полисов в других народах главным органом управления являлось народное собрание, иногда совет старейшин, на Руси – вече, при этом выборы вождя были необходимы  в основном для военной защиты от соседей.

           То есть по мере увеличения плотности населения и увеличения конфликтов и угроз от соседних поселений, начинала возникать потребность в полководце, вожде, диктаторе. Это наиболее выпукло видно на истории древней Греции, где вначале все полисы были предельно демократическими. Затем монархическая Спарта имела блестящие военные успехи и была близка к установлению гегемонии на полуострове.

            В результате демократические начала во всех греческих полисах были полностью уничтожены, но объединили Грецию другие цари  – Филипп и Александр Македонские.

           После чего произошло создание крупнейшей в мире империи, просуществовавшей считанные годы.

            По этому пути, без всяких исключений, шли практически все народы мира. Первобытный коммунизм, междоусобица, монархия, а нередко и империя. От древних шумеров, Египта, Индии и Китая до инков с ацтеками.

            Последними по этому пути идут европейцы, если не считать античного Рима. Европейцы здесь идут даже позади Чингисхана и османских султанов. Именно поэтому последние большие войны возникают в Европе, ибо таков закон истории и социологии, а не дурной характер сынов Иафета.

             А Россия, как страна с самой рекордно низкой плотностью населения в этом историческом процессе плетется самой последней  в мире, и никак не может выйти из уровня, где именно монархия является оптимальной для удержания и контроля над огромной, богатой и практически незаселенной территорией. Более того, она все более тяготеет уже даже не к имперской монархии, а распаду на отдельные, враждующие между собой феоды.

            Все строго по стопам раздела Римской империи или завоеваний Александра Македонского. Потому что концом империй является их неизбежная гибель и раздел, если нет качественного перехода на новый уровень отношений. А причиной для снижения плотности населения всегда предостаточно. В древности это чума голод и войны в наше время – это тоже нищета  нарциссизм и войны.

           При этом нарциссизм и малодетность являются бичами не только нашей цивилизации, именно они привели к падению и Рима, и Константинополя.

            Были ли подобные параллели в истории Китая и Индии мы не знаем. Но наверняка были. И оттого их умение не истребить друг друга, сохранять и увеличивать свою плотность населения свидетельствует о том, что их культура весьма незаурядна и может дать много ценного, чего и не думалось европейским мудрецам.

            Которые, в главе с Мальтусом, не понимают, что сокращение плотности населения отнюдь не приведет к процветанию оставшихся, а вызовет слом политической надстройки и реставрацию монархий и бесконечных феодальных войн.  

            Еще раз. Первобытный коммунизм это естественное состояние. Затем естественное усложнение приводит к формирование монархий. Бесконечные междоусобные войны приводят к формированию империй. Но и империи рушатся под тяжестью собственной мощи, требуя следующего качественного перехода политической надстройки.

           Это и есть буржуазная демократия. Потому что её основа является не экономика, а политическая система, гарантии, что собственность и свобода предпринимательства защищены законом. Если это весьма зыбкое условие нарушается, любая буржуазная страна немедленно деградирует в османскую империю, где любую собственность можно отобрать, любого неугодного убить, самого султана периодически выбирают янычары, а любую должность в государстве, в том числе главнокомандующего, можно получить за бакшиш.             

            Кстати, если не узнали, именно туда деградировала Россия за время Ельцина и Путина. То есть произошел переход не от социализма к капитализму, а обратная деградация в империю, причем даже не российскую или германскую, а османскую.

            Здесь стоит отметить, что буржуазный строй весьма холодно относится к войнам,  в отличие от учения Ленина, потому что результатом войн очень часто бывает большой риск упразднения капитализма. Не говоря уже о том, что буржуазное общество – это плохие солдаты. Поэтому возобновление империалистических войн свидетельствует о деградации и вырождении современного капитализма, а вовсе не о том, что писал Ленин.

             И, наконец, порассуждаем, есть ли жизнь после капитализма. Этому уже недавно была посвящена целая статья, поэтому кратко. Рост плотности населения при опережающем развитии производственных мощностей делает капитализм крайне неустойчивым, временным образованием.

              Он, как мы уже отмечали, весьма легко деградирует обратно к добуржуазному состоянию. Но при достаточном просвещении и воле элиты он может развиться в технологический коммунизм, состояние, когда опять человеческий труд перестает быть редкостью, как и прочие ресурсы, а следовательно классическая марксовская стоимость и капитал отмирают как категория.  

              Очевидно, все это возможно на базе цифровизации всех экономических процессов от производства  до потребления, в результате чего деньги потеряют все свои пять признаков и станут баллами, как в компьютерной игре. При этом человек, не нарушающий некоторые базовые принципы, получит невиданную по прежним временам свободу для работы, отдыха и саморазвития, возможность распоряжаться всеми необходимыми для этого ресурсами.

              Но подчеркиваю. Уровень зрелости общества нужно отслеживать не по айфонам и старлинкам, не по полетам на Луну, а по плотности населения. При достаточном количестве населения будут ресурсы и знания, чтобы делать и то, что не снилось даже фантастам.