О рабстве и капитале.

                  В данной статье хотел бы поговорить о рабстве и капитале.

              В качестве логического перехода от предыдущей статьи хочу предложить желание порассуждать, как же это в просвещенном и информационном 21 веке мы дошли до такого явления, как реставрация монархии и диктатуры. А с другой стороны не менее важно, в рамках основной темы данного блога, развеивание мифа классической политэкономии о том, что базис, методы производства определяют политические отношения. 

              Дело в том, что подавляющее большинство людей, в том числе и авторитетных специалистов, невольно находятся в плену концепции, предложенной Марксом о социально-экономических формациях.

             Только одни расхваливают частную собственность, как основу предпринимательской инициативы и фактор развития, а другие приводят бесчисленное число примеров обратного, подтверждающего насущную необходимость упразднения частной собственности и создания общества социальной справедливости.

            Эта дихотомия мне кажется совершенно надуманной, как и сама диалектика, которая позволяет из определенных предпосылок делать абсолютно противоположные логике выводы.  Это, конечно, удобно, но явно не научно. Причем не исключено, что в рассуждениях где-то просто потерян знак.

             Для развития данного тезиса полезно порассуждать о явлении рабства в разные эпохи.

              Как ни странно, в древние эпохи рабство вовсе не составляло главную производительную силу в обществе. Например, в Древнем Риме (источник не могу припомнить, но он вполне серьезный) доля ВВП, который по экспертной оценке производился рабами, не превышал 20%.

             Когда я ознакомился с этой цифрой, очень удивился. Но затем начал рассуждать. Действительно рабы были обычным явлением в Риме, но они скорее выполняли роль прислуги, дворецких, лакеев и челяди, как во времена феодальной Европы. Когда каждый рыцарь имел хотя бы оруженосца.  

            Понятно, что в производительном труде эти рабы вряд ли участвовали. Так же не существовало и больших мануфактур или сельскохозяйственных предприятий, основанных на труде рабов. Иначе до нас наверняка дошли бы хоть какие-нибудь сведения о первых восстаниях или забастовках этого пролетариата древнего мира.  

           Труд рабов широко использовался только на каменоломнях или галерах, но вряд ли доля этого труда составляла в экономике страны существенную долю. Косвенно об этом свидетельствуют и восстания рабов (например, Спартака), которые были крайне редким явлением, они и отражают те отрасли экономики, где доля рабского труда была существенной.

           К подобным выводам можно прийти и в результате анализа Библии и описания древнего мира Египта и Средиземноморья. В той же древней Руси, как и во всех славянских, да и не только племенах: галлах, германцах, готах, рабство было малохарактерным явлением.

           Пленные на войне, как правило, отрабатывали определенный срок, а затем либо возвращались на родину, нередко за выкуп, либо  ассимилировались, женились и пополняли число жителей местной культуры.

          То есть в древнем мире, который принято называть рабовладельческим, производственные отношения отнюдь не строились на принудительном массовом труде рабов, причем об этом можно сказать с полной достоверностью. Даже в Индии с её кастами, Китае с его мандаринами или Японии с её иерархией, где, кстати, крестьяне были далеко не самым униженным сословием.

            В Древнем мире есть только один (по крайней мере известный мне) пример настоящего рабовладельческого государства. Это  - Древняя Спарта.

             В этом государстве абсолютно весь национальный продукт производился рабами, илотами. А сами спартанцы были аристократическим сословием, уделом которых было личное совершенствование, спорт и война. И это общество просто идеально для моделирования ситуации, а что будет, если создать в государстве элиту из воинов, людей сильных, храбрых и образованных. Основной функцией которых будет эффективно управлять государством и защищать его.

             Остальное население, те кто предпочитает менее опасную и трудную, но и менее престижную жизнь, занимаются различными хозяйственными работами.

             Думаю, вы услышали здесь отголосок мечты многих наших современников о реставрации дворянства и аристократии, моральное обоснование их избранности и право повелевать.   

            К чему подобное приводит?

             Как известно, спартанцам удалось создать наиболее прославленную и боеспособную армию древности. Но они совершенно не преуспели во всех остальных сферах человеческой деятельности: науке, искусстве, философии и т.д. Афины и Сиракузы далеко обошли в этом вопросе лакедемонян. Даже в таком меркантильном вопросе, как торговля, спартанцы пасли задних.

            Больше того. Даже чисто в военном отношении спартанцы оказались лузерами. Они проиграли войны за господство на греческом полуострове союзу греческих полисов, из которых Афины, кстати, вовсе не был самыми могущественными.

            А объединил греков уже не спартанский, а македонский царь Филипп, вместе с Александром Македонским. Причем последний в считанные годы, по историческим меркам за мгновение создал огромную империю, которая привела к тому, что греческая культура распространилась на огромные территории. Что является довольно редким явлением, обычно малокультурные завоеватели весьма быстро ассимилируются и исчезают среди культуры покоренных ими народов. Здесь же произошло подобное, как и при покорении европейцами Нового Света, где покорение очевидно сопровождалось положительной просветительской миссией

            Что было совершенно неприменимо к Спарте. Наоборот, общество воинов и рабов оказалось совершенно неспособно к развитию, хотя деградация в Древнем мире и не имела таких резких последствий, как это всегда было уже в более поздние времена научного прогресса. Спарта была обществом застоя на фоне своих культурных и высокоразвитых соседей.

            При этом она свою внутреннюю ущербность и отставание все время компенсировала за счет внешней агрессии, попыток захвата чужих территорий, навязывания соседям своего политического контроля.

            И, наконец, политическим строем у спартанцев всегда была монархия, что совершенно нетипично для древних греков, которые изобрели понятие «полис», где все вопросы решались методами демократии и народного самоуправления.

           Все что оставила Спарта из культурного наследия, это легенды о храбрых и мужественных воинах…

           Полный аналог духа Спарты можно найти и уже в новейшей истории. Например, Валентин Пикуль, когда описывает как Потемкин уничтожил могущество Крымского ханства подчеркивает, что ключевым здесь стало освобождение всех рабов и предоставление свободным людям (грекам, армянам) возможности селиться в Приазовье. Это тут же разрушило экономику Крымского ханства.   

            Потому что она вся основывалась на рабском труде. Причем даже религия не позволяла татарам трудиться, это им казалось унизительным, для этого они использовали гяуров, христиан. Сам же татарин был исключительно воином. Его задачей было пойти в поход, получить богатую добычу и рабов, а затем отдыхать до следующего похода.

             Без рабов и добычи вся эта экономика деградировала в считанные месяцы.

             Стоит ли упоминать, что в Крыму, как и во всех восточных странах османского владычества, была монархия. Чего терпеть не могли свободолюбивые греки и римляне, называя это явление восточными сатрапиями, главной угрозой своему государству они считали возможность деградации гражданского общества в диктатуру.

             Как видим, история повторилась. Каста воинов и рабов, моральная и культурная деградация, военная экспансия, поражение в ней и исчезновение.

             Подобный период переживала и Европа. Примерно на рубеже первого и второго тысячелетия, во времена «Темных веков», закрепощение и подавление свобод в Европе, в том числе и религиозных, достигло своего апогея.

             Результат  - крестовые походы, поражение в них и угроза мусульманского завоевания Европы, когда с одной стороны их войска стояли в Австрии и Польше, а с другой стороны угрожали полным захватом Испании.

             Аналогичную ситуацию мы видим и в гражданской войне в США. Именно плантаторы рабовладельческого Юга выступили инициаторами братоубийственной войны, они же её благополучно проиграли.

               С этой точки также следует рассматривать и историю России. Именно Петр I является тем Рубиконом, после которого возник тезис об отстающей России, которая постоянно вынуждена догонять цивилизованные страны. Хотя до сих пор живуч миф, что он куда-то «прорубил форточку».  

              Именно закрепощение крестьян, а затем и освобождение дворян от воинской службы привело Россию к крайнему загниванию и деградации. Более 90% населения её были крестьяне (я видел и цифры 99%, но не помню к какому году они относятся). И большая часть их были фактически рабами, помещик мог делать с ними все что угодно, разлучать супругов, продавать детей, пытать убивать…

              Так, когда же было рабовладельческое общество? В древнем Египте, Риме или у нас буквально полтораста лет назад? Какие там социально-экономические формации? Россия прямо от рабовладельческого строя перешла к социалистическому. От этого, кстати, до сих пор чувствуются последствия: отсутствие инициативы, холуйство и лизоблюдство, желание угодить начальству, даже если это совершенно аморально. Люди родились в рабстве и привыкли выживать в течение не одной сотни лет. И даже при этом неплохо устраиваться.  

              Итак, ретроспективный анализ показывает, что вовсе не отношения собственности, контроль средств производства определяет, будет ли общество деградировать или, наоборот, процветать.

              И даже не политический строй, монархия или республика. Политический строй скорее является следствием господствующих в обществе отношений.

             Ключевым является наличие в обществе изгоев и элиты, отсутствие социальных лифтов, получение общественного статуса и должности по праву рождения, а не по способностям. Именно это и приводит общество к очень скорой деградации, которое оно пытается купировать с помощью внешней агрессии. И вовсе не важно, если ли частная собственность в стране, или её нет.

           Исходя из знания этого, попробуем проанализировать, что же ждет наши основные политико-экономические центры современности.

            Насчет Китая, как уже было сказано в предыдущих статьях, там делается попытка создать государство всеобщего процветания на основе упразднения традиционных категорий капитала, стоимости  и частной собственности взамен системы социального рейтинга.

            Который, при условии его здравости и прозрачности, действительно способен обеспечить выполнение возложенных на него функций. Но если же рейтинг будет использоваться для злоупотреблений и реставрации кастового разделения общества на неприкасаемую элиту и быдло, Китай неизбежно свернет на кривую деградации, которая уже многократно описана выше. Военная экспансия и затем самоуничтожение.

           Подобную картину мы имеем в США, Европе и России. Вовсе не кретинизм Путина, Трампа или европейских лидеров приводит к тому, что запад снова возвращается в эпоху крестовых походов. А закономерная логика развития кастового общества, которое пытается компенсировать собственную деградацию и разорение за счет военных побед и контрибуций.

           При этом должен признаться, что мой прогноз о прямой реставрации рабовладения в странах запада не оправдался. Да, торговля человеческим мясом растет, но она скорее является придатком секс-индустрии и черной трансплантологии, когда людьми торгуют по частям.  

            Но идея о том, что кредитная неплатежеспособность будет конвертирована в продажу людей за долги, как это было обычно в древнем мире, оказалась несостоятельной. Хотя да, тюрьмы в США и России являются важным экономическим субъектом, но пока еще экономика далека от того, чтобы доля тюрем в ВВП страны стала иметь существенное значение.

           При этом, (сошлюсь здесь на Алекса Брежнева, сделавшего некогда хорошее видео на эту тему) американцы выбирают жить в кредит и не иметь недвижимости и сбережений в результате особой кредитно-налоговой политики. Которая обкладывает драконовскими налогами любого владельца недвижимости или счета в банке и, наоборот, предусматривает огромное количество льгот и налоговых вычетов для нищебродов. Налоги на недвижимость таковы, что брать ипотеку просто бессмысленно.

           Иными словами, в стране создана такая система кредитно-налогового рабства, что возврат к традиционному рабству просто нелеп. Рабов нужно стимулировать, чтобы они работали, они могут поднять восстание, больше того в случае болезни или смерти раба нужно кормить его маленьких детей.

           Даже если рабов отправить на каменоломни, нужно обеспечивать их питание, медобслуживание, предотвращать попытки заговоров и восстаний. А тут фактически создана система коллективного владения рабами элитой, причем настолько тонкая и изощренная, что даже трудно представить, как с ней можно бороться.

          Так же, говоря о рабовладении,  нельзя не упомянуть и иностранных мигрантов, которые выполняют в современной экономике роль неорабов. Но нельзя не отметить, что мигранты, в отличие от рабов древнего мира, не перемешиваются, и остаются отдельным и самоуправляемым кластером в структуре западного общество. Причем довольно недружественным. И это создает определенный риски.

         Этот кластер вполне может получить и политическую самостоятельность в случае кризиса  общества-реципиента или его резкого политического ослабления.

          При этом идеи пролетарской солидарности ушли далеко в прошлое. Хотя именно они могли бы спасти запад, вернуть его в зону процветания и развития, в том числе и демографического.

         Париж и Москва повторяют судьбу Константинополя.

         Причем разрушили Константинополь не турки, а сами европейцы.