«Пущай уж энта республика, яти её мать, станется, тока бы царя нам дали хорошего… чтобы с башкой был!». (В.С. Пикуль, «Честь имею»)
Такова реальная реплика, записанная в мемуарах русским офицером в 1917 году и точно отражающая общее настроение в России не только того времени, но всей новейшей её истории.
Какие бы политические пертурбации не происходили в обществе, сколько бы не было визгов по поводу демократии и борьбы за свободу, а все заканчивается именно этим. Дайте нам царя толкового! Своей головы у нас нет, по-человечески жить мы не умеем…
По этому поводу актуально звучит высказывание, приписываемое Салтыкову-Щедрину, но на самом деле ему не принадлежащее, являющееся современным русофобским апокрифом:
«Если русским предоставить выбрать себе предводителя, они выбирают самого лживого, подлого, жестокого, вместе с ним убивают, грабят, насилуют, впоследствии сваливают на него свою вину. Спустя время церковь провозглашает его святым.»
И хотя цитата эта лживая, значительная доля горькой правды в ней есть. Именно окружение монарха, его ближайшие сподвижники, успешно и выгодно эксплуатируют все его человеческие недостатки, а затем обвиняют его же во всех преступлениях, чтобы с подобострастием присягнуть новому хозяину. И если этот хозяин заморский, тем даже лучше…
Знакомо?
Все это является признаками низкой социализации в России, пережитков варварства. А возможно даже деградации, деевропеизации восточных славянских племен, которые издревле имели склонность к выборности и независимости, о чем свидетельствуют Великий Новгород и выборы гетмана у запорожских казаков, институт земства и обычай великого схода и всеобщего голосования по всем судьбоносным вопросам. В том числе и процедура выбора первого царя династии Романовых.
Князья на Древней Руси скорее были воинскими воеводами, нежели монархами и главами государства, и именно русификация славян приводила к насаждению у них нетипичных для них семейно-родовых и диктаторских традиций. Более традиционных для южных и восточных, тюркских и семитских народов, тогда как в Европе наследование власти появилось уже после распада Римской империи, а у древних греков и латинян было стойкое предубеждение против всякой монархии и тирании.
Подробнее здесь отсылаю к историку Е. Ю. Спицыну, к его лекции по поводу различия обрядов погребения и прочих свидетельств, что русы не были славянами и скорее были пришлой элитой, подобно немцам при дворе Романовых или викингам при доме Рюриковичей, согласно нормандской теории. Которую, правда, Е.Ю. Спицын признает недостоверной и надуманной.
Впрочем, о деградации русского славянства можно спорить, но как минимум, можно уверенно говорить об отставании их в развитии. Если до Петра I русские не особо отличались от окружающих их народов, то именно Петр I породил тот самый невиданный в мире комплекс неполноценности перед всем иноземным, особенно перед европейским, который до сих пор не изжит среди русских, даже стал основой их культуры.
Проявлением этого комплекса является перманентная борьба западников и славянофилов, сегодня это знамя подхватили прозападные либералы и псевдопатриотические националисты.
Нормальному, здоровому человеку и то, и другое чуждо. Он вполне адекватно оценивает свое место в мире и свои реальные способности и возможности. Только больная психика приводит с одной стороны к самокопанию и самобичеванию, таких актуальных для нашей восточной версии христианства. И она же порождает манию величия, «с нами Бог!», мы – народ-богоносец и последняя надежда всего человечества, Третий Рим и т.д.
Больная психика и требует себе также господина, начальника, который бы нес на себе груз ответственности и заботы о процветании страны и её населения. Тогда как проживающие там иждивенцы и недоумки могли бы обоснованно критиковать и возмущаться, что не всё так, всего мало, мы заслуживаем жить гораздо лучше!
Дайте нам царя побашковитее, этот никуда не годится!
При этом в реальной жизни всё получается ровно наоборот.
Царей, которые хоть немного заботились о процветании страны и простого народа, пытались унять гнет и самодурство элиты (Иоанн Грозный, Павел I, Александр II, Ленин и Сталин) скоропостижно убивали.
И наоборот, царей, которые максимально облагодетельствовали свою свиту-элиту, а народ массово уничтожали, закрепощали и издевались (Петр I, Екатерина II, Николай I) уважали и даже делали великими.
(Начет Екатерины, оговорюсь. Пока её любовниками были великие люди, Потемкин и Орловы, стана процветала и даже простые люди получали отдушину. Даже Суворов приносил пользу. Но стоило в фавориты выбиться ничтожеству, все стало обратно на свои места.)
Тотальное воровство возникло тоже именно при Романовых. О нем нет таких вопиющих свидетельств во времена Рюриковичей или древних руссов. А вот бюджет страны Екатерина II, например, буквально удвоила, проведя банальную ревизию. Таковы были размеры воровства в то время. Причем после этой ревизии оно вряд ли уменьшилось, можно было только надеяться, что хотя бы большая часть податей и налогов поступала в государственную казну, а не чьи-то карманы.
Почему же сегодня Россия вымирает, если царской России такие феерические масштабы воровства вовсе не мешали процветать? Росло население, пусть медленно, но развивалась и промышленность, наука искусство. Были Ломоносов и Менделеев, Пушкин и Чехов, Чайковский и Сикорский. Причем значительная часть элиты осталась даже при суровых большевиках и продолжала жить и творить на уровне мирового эксклюзива?
Думаю, ответ вам известен.
Потому что даже самые гадкие русские вельможи хранили свои капиталы и сокровища в России. Понятно, была мода поехать покуролесить в Париж, попить воды на немецких минеральных источниках, заказать устриц и шампанского, французских модельеров и английские сукна.
Но все это было достаточно ничтожным, чтобы разорить Россию. И русский рубль очень неплохо котировался в Европе, хотя почти всегда был бумажным.
Сможет ли Путин сегодня провести национализацию элиты? Или эта идея будет иметь такие же позорные результаты, как и все остальное у него?
Думаю, ответ очевиден. Если во время Екатерины в России творил великий Эйлер, а Вольтер получал персональную пенсию и был личным приятелем императрицы, то сегодняшние урки у власти способны только запрещать. И уж точно не способны изображать подобие «просвещенной монархии», что относительно неплохо получалось у молодой Екатерины.
И если из Эрмитажей и кунсткамер Петра и Екатерины, после столетия засилия немцев все-таки смогли пробиться Державины и Ломоносовы, то современная наука и искусство могут породить только Шамана и Долину.
И это убивает все последние шансы для нашего выхода из этого порочного круга варварства, низкопоклонства и клептомании. У нас не осталось даже моральных авторитетов, вроде Виктора Цоя или Владимира Высоцкого, чей призыв позволил бы дезавуировать покров благопристойности с государственной пропаганды.
Что же делать?
Думаю, нужно вспоминать заветы великого Ленина. Нужно учиться и объединяться. И не надеяться ни на царя, ни на Бога, ни на героя Пригожина или подобного ему авантюриста.
Нужно брать власть в свои руки. В своем селе, многоэтажке, районе или предприятии, больнице, школе. Создавать профессиональные объединения и союзы.
Как? Учиться и объединяться!
Или нас не станет.
